Следующий акт пьесы, вероятно, развернется 15-17 июня во французском Эвиане — во время саммита G7 с участием американского лидера Дональда Трампа. А кульминацией станет июльский саммит НАТО, во время которого американцы, ожидаемо, прояснят свои дальнейшие планы по военному присутствию в Европе. Как связаны эти события — рассказываем в обзоре БЕЛТА.
Открытое письмо в адрес российского лидера Владимира Путина было опубликовано 4 июня.
«Украина предлагает закончить эту войну», — написал Зеленский. И это предложение, по идее, должно было стать ключевым посылом. Но, к сожалению, не стало. Призыв к прекращению боевых действий затерялся в потоке провокационных ремарок в сторону Путина и условий, которые Зеленский выдвинул России.
В целом письмо выдержано в вызывающем тоне, что явно диссонирует с заявленной целью — перейти к дипломатическому урегулированию. Фактически две трети письма — это критика в адрес Путина и внешней политики России, включая отношения Москвы с Пекином и Пхеньяном. После потока угроз, обвинений и саркастических замечаний, то есть фактически в конце письма, автор наконец переходит к сути.
Во-первых, он инициирует прямые переговоры между Москвой и Киевом на высшем уровне, которые могли бы состояться на нейтральной территории — в Швейцарии, Турции или одной из арабских стран.
Во-вторых, Зеленский заявляет, что к двустороннему формату впоследствии должны присоединиться европейские государства и США как потенциальные гаранты будущих договоренностей. «Мы считаем, что участие Европы необходимо — тех, кто действительно имеет возможность влиять на ситуацию. Мы считаем, что Соединенные Штаты должны быть в процессе, и это то, что может определить конфигурацию новой архитектуры безопасности в нашей части мира», — говорится в письме.
При этом Зеленский упоминает о встрече Путина и Трампа на Аляске. Ранее в Москве неоднократно заявляли о готовности приступить к урегулированию конфликта «в духе Анкориджа», то есть достигнутых во время встречи пониманий и компромиссов, на которые согласилась российская сторона. Однако Зеленский выступает категорически против «духа Анкориджа». «Украинские и европейские вопросы решаются не в Анкоридже», — указывается в письме.
В-третьих, Зеленский заявляет о готовности к полному прекращению огня на весь период переговоров. При этом он фактически предлагает остановить войну по линии фронта. «Линия фронта сейчас — это линия, с которой должна начаться дипломатия», — говорится в письме.
Кроме того, украинская сторона предлагает осуществить обмен военнопленными в формате «всех на всех» и вернуть гражданских лиц и детей, которые были вывезены после начала боевых действий.
В завершение своего письма Зеленский говорит о том, что Россия устанет от войны и это грозит ей внутренней дестабилизацией. «Мы можем работать на такую усталость», — указывается в письме. Иными словами, Зеленский прямо говорит, что Киев и его союзники готовы и дальше воевать, объединяя военные и людские ресурсы с целью истощить Россию.
И, возможно, это единственная формулировка в длинном письме, которая действительно отражает цели и мотивы автора. Все остальное — в том числе изложенные Зеленским предложения — вызывает чувство дежавю. По сути, это все те же, только несколько адаптированные под нынешний информационный фон, инициативы Киева и европейских стран, которые выдвигались ими в прошлые годы. Достаточно вспомнить так называемую формулу мира Зеленского, которая предполагала среди прочего остановку боевых действий и возвращение к границам 1991 года. Или же ультиматум Москве о 30-дневном прекращении огня, выдвинутый Францией, Германией, Великобританией и Польшей в мае 2025 года — в преддверии первых за три года переговоров РФ и Украины при поддержке США.
И нынешнее письмо, и формула Зеленского с последующими мирными саммитами без приглашения России, и ультиматум европейских лидеров преследовали единственную цель — не допустить мирных переговоров, но представить ситуацию так, словно именно Москва не готова к миру. Разница лишь в том, что формула Зеленского была рассчитана на привлечение стран Глобального Юга, которые в своем большинстве отказались поддержать антироссийские санкции. Ультиматум европейцев был конкретно ориентирован на Трампа, которого пытались убедить в недоговороспособности России, а значит, в необходимости нарастить военную помощь Украине.
Письмо Зеленского, как говорилось ранее, стало прелюдией к встрече «евротройки» в Лондоне и далее к саммиту G7. И, вероятно, рассчитано оно прежде всего на Трампа, которого «партия войны» (в Европе и США), с одной стороны, пытается сбить с курса Анкориджа и убедить, что давление нужно оказывать на Москву, а не на Киев, а с другой — уговорить пересмотреть планы по сокращению военного присутствия США в Европе. Параллельно с этим письмо Зеленского может быть обращено к той части европейского общества, включая представителей политических сил и бизнеса, которая сегодня все чаще говорит о необходимости мирного диалога. Все же по мере накопления финансовых и экономических трудностей, снижения уровня благосостояния граждан и нарастания чувства неопределенности в связи с геополитической турбулентностью европейскому истеблишменту нужно как-то аргументировать гражданам свое стремление продолжать войну и оказывать помощь Киеву.
Все, что адресовалось конкретно России в письме Зеленского, — это провокационные ремарки, призванные побудить Москву к резкому ответу, и выдвинутые условия, заведомо неприемлемые для России.
Безусловно, Киев может и должен выдвигать свои условия. Но, во-первых, не в письме, призывающем к переговорам, а непосредственно за столом переговоров. Во-вторых, условия должны соответствовать реалиям на земле. А реалии сейчас отнюдь не в пользу Киева, как бы в своем письме не пытался Зеленский перевернуть ситуацию вверх дном и изобразить Россию чуть ли не капитулирующей стороной.
Довольно точно о тоне письма Зеленского и выдвинутых им условиях высказалась депутат Верховной рады Анна Скороход. «Дипломатия должна начинаться без каких-либо условий, потому что пока каждая сторона выдвигает свои требования, люди продолжают гибнуть. Когда публичное письмо к лидеру страны сопровождается шутками, разве мы не превращаем вопрос национального выживания в стендап?» — отметила депутат.
Таким образом, главным посылом письма Зеленского стал не призыв к завершению войны, в ходе которой Украина оказалась на грани выживания, а ультиматум: либо Россия согласится на все условия, предваряющие переговоры, либо война на истощение продолжится.
Спустя три дня после публикации письма Зеленского в британской столице состоялся саммит лидеров «евротройки» (премьер-министр Великобритании Кир Стармер, президент Франции Эммануэль Макрон и канцлер ФРГ Фридрих Мерц). Во встрече принял участие и Зеленский.
Главным итогом саммита стало подписание совместного заявления об урегулировании войны в Украине. И, конечно же, не обошлось без предварительных условий и требований к России.
В частности, «евротройка» требует от РФ прекращения огня до начала переговоров. Отправной точкой на переговорах должна стать нынешняя линия фронта. Украина должна получить гарантии безопасности, включая размещение на ее территории иностранного военного контингента с участием западных стран. Российские активы, согласно планам «евротройки», будут оставаться замороженными, пока РФ не возместит Украине ущерб от военных действий.
Как отмечает украинское издание «Страна», лондонское заявление, вероятно, будет продвигаться как рамка для переговоров европейцев с Россией. При этом очевидно, что Москва с изложенными условиями не согласится. А, следовательно, цель заявления — сделать так, чтобы Россия отказалась от переговоров с Киевом и Европой.
«С одной стороны, в заявлении говорится об остановке войны по линии фронта как отправной точке на переговорах. С другой стороны, содержится пункт о последующем вводе иностранных войск на территорию Украины, против чего категорически выступала Москва. В принципе, Кремль, как недавно повторил сам Путин, против и перемирия по текущей линии боестолкновений, настаивая на выводе украинских войск из Донбасса. Однако, видимо, в Киеве и Европе нет 100-процентной уверенности в том, что Москва вдруг не передумает и не согласится на завершение войны по линии фронта, после чего украинским властям будет трудно отказаться от перемирия. Поэтому и озвучиваются дополнительные условия, чтобы шансы на согласие РФ практически обнулить», — пишет украинское издание.
Весь этот спектакль, безусловно, рассчитан на определенных зрителей. Ими, как отмечалось, могут быть и сами европейцы, уставшие от экономических пертурбаций и военной истерии в Европе. Людям нужно объяснить, почему их деньги тратятся на оружие для Украины, а европейские элиты ничего не делают, чтобы приблизить мир. А значит, нужно убедить общественность, что именно Россия не желает идти на переговоры, а европейские лидеры делают все возможное ради мира.
Еще один человек, которого приходится убеждать европейским союзникам Киева, — это Трамп. Поэтому письмо Зеленского и лондонская встреча выглядят как подготовительный этап перед встречей с американским лидером во Франции.
Для начала очертим позицию Вашингтона по украинскому конфликту на данный момент. На фоне войны с Ираном американцы полностью переключили внимание на Ближний Восток, украинский трек был поставлен на паузу. Последние заявления Трампа давали понять, что Вашингтон дистанцируется от событий в Украине, мол, разбирайтесь сами.
«Я не возражаю. Пусть сами разбираются. Именно я привел их к этой точке. И я думаю, что это будет урегулировано», — заявил Трамп, комментируя предложение Зеленского о встрече с Путиным.
В целом Трамп в своих заявлениях пока придерживается нейтральных формулировок. Чего не скажешь о главе американского Госдепа Марко Рубио. В начале июня он заявил, что администрация США участвует в разработке законопроекта об ужесточении санкций в отношении России. Со стороны Конгресса участие принимает небезызвестный сенатор Линдси Грэм, которого называют одним из самых ярых ястребов Республиканской партии, крайне негативно настроенных в отношении России.
Кроме того, Рубио заявил, что США не являются беспристрастным посредником в украинском конфликте. «Мы, очевидно, поддерживаем одну сторону, а не другую», — заявил дипломат, подразумевая поддержку Киева.
В экспертной среде давно закрепилось мнение, что Рубио тяготеет к лагерю воинственных неоконсерваторов, в который вхож и Грэм. И эта часть окружения Трампа склоняет американского лидера к жесткой линии в отношении Москвы. Но есть и те, кто придерживается прагматичного подхода и видит в сотрудничестве с Россией перспективы для США. И они тоже оказывают влияние на Трампа. Поэтому дипломатическая работа на украинском треке пусть и сбавила обороты, но не угасла.
На днях спецпосланник президента США Стив Уиткофф и зять американского лидера Джаред Кушнер провели телефонный разговор с Зеленским. Помощник президента РФ Юрий Ушаков ранее сообщил, что готовится поездка Уиткоффа и Кушнера в Россию.
Да и сам Трамп 5 июня заявил, что все ключевые фигуры американской администрации готовы содействовать урегулированию конфликта в Украине. «Мы все будем вовлечены», — сказал Трамп, упомянув Уиткоффа и вице-президента США Джей Ди Вэнса, но не назвав Рубио.
А теперь перейдем к саммиту G7 во Франции, участие в котором уже подтвердил Трамп. Ожидается, что в Эвиан приедет и Зеленский. И, судя по всему, украинская тема будет вынесена европейскими лидерами на передний план.
Что могут предложить Трампу европейцы? Скорее всего, «евротройка» попытается убедить президента США передать инициативу в переговорах с Россией европейским лидерам. Ранее президент США неоднократно заявлял, что события в Украине — это европейская война, а США от Европы отделяет «большой, замечательный океан». А теперь американцев от украинского конфликта отделяет еще и война на Ближнем Востоке. То есть для европейцев открывается возможность отодвинуть США в сторону и уже по своему сценарию вести переговоры. А сценарий на сегодняшний день видится таковым: пока у Европы есть ресурсы продолжать войну на истощение и пока есть надежды на смену курса Вашингтона, Украина будет оставаться полем боя, а мирные переговоры будут всячески тормозиться. Но в случае форс-мажора (например, новых геополитических, а, следовательно, и экономических потрясений для Европы), реальной угрозы военной эскалации, нехватки военных и человеческих ресурсов для удержания фронта ВСУ европейцы смогут оперативно активировать переговорный трек.
Вряд ли европейские лидеры все еще надеются выбить у Трампа финансирование для Украины. Но «евротройка», вероятно, попытается убедить Трампа сохранить поставки оружия Украине в рамках программы PURL, а также передачу спутниковой и разведывательной информации. Это будет представлено как рычаги давления на Россию, необходимые Европе во время мирных переговоров. Следуя этой же логике, «евротройка» может призвать Трампа усилить санкционное давление на Россию.
Но у европейских элит есть еще одна, не менее важная проблема. США сигнализируют о планах по сокращению военного присутствия в Европе. Кроме того, Вашингтон планирует сократить свой вклад в оказание военной помощи европейским союзникам в случае кризисных ситуаций, в том числе в виде стратегических бомбардировщиков, истребителей и кораблей.
Вероятно, «евротройка» будет раскручивать тему «российской угрозы» и продвигать тезис о недоговороспособной и желающей воевать России, чтобы побудить Трампа пересмотреть планы по Европе. К слову, на днях Стармер, ссылаясь на оценки спецслужб Великобритании и других стран НАТО, заявил, что Россия может напасть на альянс уже к 2030 году. Удочка с «российской угрозой» и нежеланием Москвы останавливать конфликт может быть заброшена аккурат к июльскому саммиту НАТО, где американцам, очевидно, придется прояснить свои планы по военному присутствию в Европе.
Любые планы хороши на бумаге. В реальности существует множество переменных, способных в один миг оправить эти планы в утиль. События в Украине — наглядный пример.
Если смотреть в общем, то Европа выглядит как одна большая «партия войны». Но если рассматривать Европу не как единый механизм, а совокупность отдельных игроков со своими целями, мотивами, амбициями, внутриполитическими и экономическими факторами, то становится ясно, что противоречий там больше, чем единства. И это касается не только Европы, но и самой «евротройки», где каждый претендует на роль ведущей скрипки и пытается играть по своим нотам.
К примеру, если Великобритания настроена исключительно на войну и готова обострять вплоть до неядерного конфликта между Россией и НАТО, то Франция вряд ли готова к такому обострению — Париж не прочь подзаработать на продаже ракет, но с условием, что ракеты не будут летать над Елисейскими полями. Что касается Германии, то нынешний канцлер Фридрих Мерц очевидно работает не на свою страну, а на военный концерн Rheinmetall. Но позиции Мерца неустойчивы, и есть большие сомнения, что как канцлер он переживет наступление следующего финансового года.
К этому стоит добавить, что в Европе у «евротройки» немало противников. Те же Польша и Италия категорически против, чтобы внешняя политика ЕС определялась небольшой группкой стран, одна из которых даже не в составе Евросоюза. На сей счет буквально вчера высказался премьер Польши Дональд Туск. «Я поговорил с премьер-министром Италии Джорджией Мелони, которая не в восторге от существования такого формата, — сказал Туск. — Любые договоренности, в которых Польша не участвует, не будут иметь обязательной силы для Польши».
Но, пожалуй, самым непредсказуемым фактором для планов «евротройки» остается Трамп. При этом президент США и сам переживает период неопределенности. Неоконсерваторы подложили под американского лидера мину в виде войны в Иране, и теперь Трамп пытается с нее соскочить, минимизировав ущерб. Поэтому прогнозировать, как он поступит в ситуации с Украиной, достаточно сложно.
С одной стороны, урегулирование украинского конфликта принесло бы Трампу огромные политические дивиденды. И не факт, что он захочет вручить переговорный процесс в руки Европы. С другой стороны, в Вашингтоне прекрасно понимают, что мотивы европейцев имеют мало общего с мирной повесткой. Поэтому Трамп может на время дистанцироваться, дать Европе повоевать, а когда позволят обстоятельства, вернуться на переговорный трек в качестве главного миротворца. При этом президент США в обмен на свое дистанцирование может выдвинуть условие — миллиарды долларов по оборонной программе SAFE должны пополнить счета не европейских производителей оружия, а американского ВПК. Правда, в таком случае пойдут насмарку планы «евротройки», желающей заработать на оружейном экспорте. А это еще одна переменная в планах европейской «партии войны».
Какие выводы из всего этого можно сделать? Во-первых, можно констатировать, что политика Европы и США сейчас во многом непредсказуема и непоследовательна. И очевидно сами акторы не способны до конца просчитать, к чему приведут их планы и действия. Вероятно, ситуация станет более определенной после саммитов G7 и НАТО.
Во-вторых, в условиях нынешней неопределенности, экономической и политической турбулентности открывается окно возможностей не только для «партии войны», но и для «партии мира». Конечно, сложно работать с теми, кто подвержен политической конъюнктуре и к тому же исчерпал к себе лимит доверия, но не зря говорят, что дипломатия — это искусство возможного. А в нынешних условиях необходимо использовать любую возможность, перехватывать инициативу и действовать на опережение.
Глава государства Александр Лукашенко охарактеризовал подобные заявления как болтовню. Но эта болтовня подтверждает, что тактика Минска эффективна, а продуманная дипломатия мира способна достигать целей, не прибегая к военным инструментам.
Вита ХАНАТАЕВА,
БЕЛТА.
Источник: БЕЛТА